«Два Ирана» и Мекканский оборонный пакт — «Дунфан», выпуск № 9472 (авторизованное русское издание)

Авторизованное русское издание выпуска № 9472 китайской аудиопрограммы «Дунфан: разбор текущих событий» (东方时事解读) от 10 августа 2026 года. Перевод и редактура — Guanri Translation, по разрешению программы на зарубежные языковые издания. Все приведённые ниже сообщения и оценки принадлежат программе.

Чувствительный момент: президент Ирана у верховного лидера

Иранские СМИ сообщили 9-го числа, что президент Масуд Пезешкиан, вступая в третий год своих полномочий, посетил верховного лидера Моджтабу Хаменеи. Стороны сосредоточились на вопросах обеспечения жизни населения, положении на войне и её перспективах, переменах в военной сфере, а также на изыскании и использовании национальной валюты, валютных и энергетических ресурсов.

На фоне встречи всё громче разговоры о серьёзных разногласиях между ним и Моджтабой и о неоднократных угрозах отставкой. Сам Пезешкиан на днях признал, что связь с верховным лидером крайне затруднена; Моджтаба с момента вступления в должность ни разу не появился на публике, израильские медиа настойчиво раскручивают версию о его критическом состоянии здоровья, а официальный Тегеран это решительно отрицает.

Замена в разгар партии: Резаи возглавил Высший совет национальной безопасности

По сообщениям иранских СМИ от 10-го числа, в ключевой фазе переговоров о повторном открытии Ормузского пролива Иран перестроил высший орган, принимающий решения в сфере безопасности: Мохсен Резаи сменил Мохаммада-Багера Золькадра на посту секретаря Высшего совета национальной безопасности и одновременно стал представителем верховного лидера в этом совете. Золькадр переведён на должность политического советника верховного лидера — а ведь секретарём он стал лишь несколько месяцев назад: его предшественник Лариджани погиб в марте при авиаударе.

Трамп: экономическое давление вместо новых военных действий

Американские СМИ сообщили 10-го числа, что Трамп заявил о готовности усилить экономический нажим на Иран вместо новой военной операции. В одном из телефонных разговоров он высказался в том смысле, что американская сторона ведёт иранское досье «в тихом режиме» и находится лишь в состоянии полупереговоров; в Иране жестокая инфляция и нехватка средств — дело дошло до того, что нечем платить жалованье армии, а морская блокада со стороны США усугубляет экономический кризис. Он добавил, что нефть подешевела до чуть более 75 долларов за баррель и «военная боль» американского потребителя ослабла; всё, мол, так или иначе разрешится, а игра с Ираном похожа на шахматную партию.

Мекканский пакт о совместной обороне: не только три страны — возможно, присоединится Египет

Наследный принц и премьер-министр Саудовской Аравии Мухаммед, президент Турции Эрдоган и премьер-министр Пакистана Шахбаз на днях подписали в Мекке трёхстороннее соглашение о совместной обороне, вызвавшее оживлённую международную дискуссию. Глава турецкого МИД Фидан заявил 8-го числа — смысл его слов передаётся так: соглашение не должно ограничиваться тремя странами, желающих присоединиться уже больше, и на следующем этапе к нему, весьма вероятно, примкнёт Египет; технически документ равнозначен пятой статье НАТО о коллективной обороне, однако никакая общая угроза в нём письменно не зафиксирована, и против Ирана он не направлен. Вице-премьер и министр иностранных дел Пакистана Дар 9-го числа уточнил, что соглашение носит сугубо оборонительный характер и открыто для стран региона.

Прочие сообщения: китайско-белорусские учения и планы демократов США

Официальный представитель Министерства обороны КНР заявил 7 августа, что во второй половине августа армии Китая и Белоруссии проведут в провинции Хубэй совместную тренировку десантных войск «Шэньин-2026»; главная тема — антитеррористические действия в городских условиях, отрабатываются разведка и противодействие разведке, захват и удержание объектов, зачистка и оборона. Это четвёртая тренировка данной серии.

Кроме того, американские СМИ сообщили 8-го числа, что демократы в Палате представителей готовят следственную стратегию на случай возвращения к власти: слушания, повестки и запросы документов, нацеленные на Трампа и связанные с ним компании и финансовые институты, — вместо немедленного импичмента. После ноябрьских промежуточных выборов они намерены проверить, не использовал ли он служебные полномочия ради выгоды для себя, союзников и доноров.

Комментарий программы: от «призывов о помощи» к «дворцовому ультиматуму»

Далее — собственно комментарий программы. Программа считает, что ближневосточные новости этого выпуска тесно перекликаются с её прежними оценками.

Программа повторяет свою жёсткую критику в адрес Пезешкиана. Он публично жалуется на «трудности связи» с верховным лидером, вокруг него множатся слухи об отставке; сперва — «призывы о помощи внутрь и вовне», затем — эскалация до того, что программа называет «дворцовым ультиматумом»: попытки «выманить» так и не показавшегося на публике верховного лидера. Состоявшаяся встреча, по оценке программы, означает, что замысел в известной мере удался. Программа уже сравнивала президента с Ван Цзинвэем, который, бежав во Вьетнам, обнародовал телеграмму «Яньдянь» 1938 года — манифест капитуляции перед Японией; в её трактовке Пезешкиан встал на путь сдачи национальных интересов Ирана, а вероятность внутренней смуты и даже гражданской войны в стране растёт. Одновременно программа предостерегает: «капитулянтские силы» (термин самой программы, при всей его резкости) имеют в Иране весьма широкую социальную базу, и быстро их не изжить; народ вовсе не обязательно един в ненависти к врагу — такие настроения есть, но они не всеобщи.

Комментарий программы: зеркало старого Китая

Отсюда программа переходит к параллели со старым Китаем. В годы войны сопротивления Японии в стране появились многочисленные коллаборационистские формирования, и корень этого — состояние общества, рассыпанного, как горсть песка. Несмотря на яркие страницы вроде Тайэрчжуана и обороны Чанша, японская сторона оценивала китайскую армию очень низко — вплоть до убеждения, что проиграла она Америке, а не Китаю. Но, пройдя закалку новой культурой и обретя сильную организацию, Китай в Корее показал совершенно иную картину: восставшие бывшие гоминьдановские части под командованием Цзэн Цзэшэна — 50-я армия — проявили там прежде немыслимую боеспособность. Анализ «Дунфан» таков: сегодняшний Иран отчасти похож на старый Китай — антиамериканские силы там есть, но в целом страна боится Америки, и именно в такой атмосфере народ избрал себе такого президента.

Комментарий программы: «китайская аналогия» Пезешкиана — софистика

По сообщениям иранских СМИ, Пезешкиан 7 августа вновь заявил, что Иран будет отстаивать свои права путём диалога и не позволит принудить себя к капитуляции. Защищая подписание с США меморандума о взаимопонимании для завершения конфликта, он подчеркнул, что важнейшие решения утверждались руководством и согласовывались с Высшим советом национальной безопасности и вооружёнными силами, что Иран не пошёл на уступки и будет соблюдать договорённости лишь при их исполнении другой стороной. Далее он рассуждал в том духе, что Китай — главный соперник США, почему же между ними нет войны; Китай занимается своими делами и день ото дня становится сильнее; раз права можно отстоять диалогом, почему так не поступить. Разногласия правительства с военными и слухи о своей отставке он отверг.

Программа считает эту аналогию софистикой. Китай ещё в 1950 году сошёлся с США в Корее — в «войне, утвердившей государство», отзвук которой действует до сих пор. По версии программы, в 2015-м Иран вместе с Россией пошёл на компромисс по ядерной проблеме, Китай же после этого раз за разом мерился с Америкой силами напрямую: противостояние 2016 года в Южно-Китайском море (с твёрдой готовностью к войне), отпор индийской провокации на границе в 2017-м, торговая война 2018-го — вплоть до недавнего авианосного противостояния в том же море, сопоставимого с 2016 годом. Китай, настаивает программа, никогда не «просто занимался своими делами» — он всё это время сражался. Программа перечисляет: Китаю довелось столкнуться со всеми пятью постоянными членами Совета Безопасности — а сверх того и с Индией: обстрел британских кораблей при форсировании Янцзы, война с американцами в Корее, отпор СССР в событиях на острове Чжэньбао (Даманском), контрудар по Индии, бои против французов на вьетнамском театре.

Отсюда вывод программы: примеряя на себя китайский опыт, Пезешкиан ведёт себя, по китайской поговорке, «как конь, не знающий, сколь длинна его собственная морда», — не видит несоразмерности сравнения. Его речи, по оценке программы, по сути капитулянтские: тезисом «Китай же не воюет» он склоняет внутреннее общественное мнение к принятию компромисса, а между строк сквозит обида — «раз Китай с Америкой не воюют, с какой стати Ирану воевать с США», как будто Иран заслоняет Китай от пуль. Это, подчёркивает программа, не соответствует действительности и перекликается с её прежней критикой рассуждений в России и Иране о «принятии удара за Китай». Подобные настроения программа уподобляет «Клубу сдержанности» (低调俱乐部) времён японского вторжения в Китай — кружку сторонников уступок Японии: суть та же — подъём капитулянтства при обострении внутренних трудностей. И вновь повторяет свою формулу: Иран — это Россия в миниатюре, Россия — это Иран в увеличенном масштабе.

Комментарий программы: говорят «два Ирана»

Программа обращает внимание: резче всех на мекканское соглашение отреагировали не Запад, не Израиль и не Россия, а Иран. Член парламентской комиссии по национальной безопасности и внешней политике Резаи написал 8-го числа — смысл его поста передаётся так: Эр-Рияду следует понять, что бумага, подписанная с Турцией и Пакистаном, безопасности не принесёт — как не сработали и десятилетия односторонней опоры на США; лишь сменив политику, можно перестать вверять свою безопасность другим.

Реальная причина столь острой реакции, по анализу программы, — зона неопределённости в статье о коллективной обороне: американские военные пользуются саудовскими базами; если удар Ирана по этим базам будет засчитан как «нападение на Саудовскую Аравию», Турция и Пакистан по договору обязаны прийти Эр-Рияду на помощь и ответить Ирану. Но программа настаивает: соглашение не направлено специально против Ирана — пусть примеряет его на себя тот, кто хочет. Столь же резко отреагировала Индия, а Афганистан, который программа называет враждебным всем трём участникам, промолчал.

Отсюда центральный тезис выпуска: сейчас говорят «два Ирана» — Иран того, что программа называет «капитулянтским лагерем» (投降派), и Иран «лагеря сопротивления» (抵抗派), — как и Китай времён войны с Японией грубо делился на капитуляцию и сопротивление. Анализ «Дунфан» таков: возмущается сегодня прежде всего капитулянтский лагерь во главе с Пезешкианом, говорящий от имени правительства; лагерь сопротивления понимает, что пакт направлен не против него, — и потому молчит.

Комментарий программы: глубинная логика пакта и предостережение Ирану

Программа ранее окрестила альянсы такого рода «исламской версией Варшавского договора»: их участники массово вооружены китайским оружием (турецкие реактивные системы залпового огня и беспилотники также имеют китайскую родословную), и Китай, по её оценке, этому соглашению рад; программа допускает, что именно ошибочные сигналы капитулянтского лагеря вынудили и Китай скорректировать свою политику. Она вновь достаёт свой давний концепт «чтить государей и изгонять варваров» — формулу из древнекитайской политики: «государи» здесь — четыре региональные державы Ближнего Востока: Турция, Саудовская Аравия, Египет и Иран; «варваров» же двое — западный, во главе с американским империализмом, и империализм российский. Соглашение, по мысли программы, движется именно к тому, чтобы выдавить военную силу и влияние США и России с Ближнего Востока: Турция и Саудовская Аравия уже внутри, Египет может присоединиться — остаётся один Иран. Программа напоминает: во время прежнего визита Пезешкиана в Пакистан лагерь сопротивления передал через него предложение о многосторонних рамках сотрудничества государств Персидского залива — значит, сопротивление к такому пути готово.

Капитулянтский лагерь, считает программа, препятствует соглашению потому, что в большой ближневосточной конструкции, опирающейся на международное сообщество и исключающей внерегиональные силы, для капитуляции попросту нет места. Программа повторяет и критику риторики «единоличного господства в Персидском заливе»: вновь заявлять о контроле над судоходными путями залива — значит отрезать себя от стран Залива и международного сообщества, самоизолироваться и тащить весь Иран в яму, на горе друзьям, на радость врагам. Финальное предупреждение программы: времени у Ирана больше нет; если капитулянтский лагерь продолжит в том же духе, страны вроде Саудовской Аравии заколеблются, и ситуация сдвинется в сторону, выгодную противникам.

Мнения принадлежат оригинальной программе. Перевод публикуется по разрешению; китайский оригинал здесь не воспроизводится.